Опубликовано в разделе Здоровье, 24.03.2011, 2440 просмотров

Мальчик - Амфибия или водные дети

Нашего героя зовут Вася Разенков, Василий, что в переводе с греческого означает «царь». Очарова­тельный «царь» этот, с блестящими, как вишенки, глазами и розовыми щечками, живет, как и большинство москвичей, в огромном многоквартирном доме на са­мой окраине Москвы — в Отрадном с ма­мой, папой, братом — учеником началь­ной школы. Мимо Васи не пройдешь. Просто нельзя не обратить на него вни­мания. На его осанку. На крепкое тельце. Очень хочется его потрогать, разглядеть хорошенько.

Васин марафон превзошел все ожи­дания. Малыш задал задачу всем, кто узнал о его рекорде. На пресс-конфе­ренции, а она состоялась вскоре после заплыва, вопросы сыпались один за другим. Почему малый ребенок продер­жался в воде столь долго? Почему прео­долел немыслимое расстояние, словно не дитя человеческое, а водное суще­ство? Откуда взялись у него такие спо­собности? Могут ли и другие малыши по­вторить то же самое? Как длительное пребывание в воде может сказаться на развитии организма?

Словом, достижения Васи Разенкова еще предстоит осмыслить и по достоин­ству оценить. Пока одно ясно: имя са­мого маленького в мире марафонца сто­ило бы занести в книгу рекордов Гин­несса. Документы отправлены в Лондон.

ГДЕ РОЖАТЬ ДЕТЕЙ?

Обстоятельства, которые сопутствуют рождению ребенка, влияют на его здо­ровье, характер и дальнейшую судьбу. Васина мама, Маргарита Разенкова, на собственном опыте убедилась в этом.

Первенец Риты, Степа, начал жизнь в родильном доме, то есть в специфи­ческой атмосфере медицинского учреж­дения, где к будущим мамам и их мла­денцам относятся, как к пациентам или больным. Холодный блеск металличес­кого оборудования, запах лекарств, чу­жие лица и полная неизвестность в том, что ждет тебя в ближайшую минуту… Даже эти незначительные на первый взгляд «мелочи» способны омрачить ра­дость материнства и пагубно сказаться на самом процессе родов.

— Было страшно, — вспоминает Рита о том, как появлялся на свет ее первый сын. — Я целиком надеялась на врачей. Но не я рожала Степу, а они, незнако­мые мне люди. Запакованные в стериль­ные одежды, они столпились вокруг меня и что-то старательно делали, время от времени вкалывая мне лекар­ства. А когда им удалось извлечь из меня полуживой комочек, они тут же за­пеленали его и унесли, разлучили меня с сыном,на целые сутки.

Нам не дано помнить первые минуты своей жизни, но это не означает, что не было в ней стрессов. Иначе почему но­ворожденные до посинения орут в ро­дильных домах, а в их голосе паника и ужас? Еще бы! После пребывания в материнском лоне, родной колыбели, вдруг оказаться разлученным с мамой, один на один о огромным неизвестным миром. Рано или поздно последствия этих первых впечатлений после перехода оттуда сюда дают о себе знать, сказы­ваются на развитии организма.

Степа рос в таких же стандартных условиях, как и все новорожденные. В пеленках, с укропной водой, с кормле­нием по часам, с бесконечными хожде­ниями в поликлинику. Уже опасен стал каждый выход на улицу, каждый глоток свежего воздуха. Шарф — на горло, шарф — на лицо, чтобы нигде не про­дуло, но уберечь ребенка от простуд не удавалось. Ни рекомендации врачей, ни лекарства не помогали.

В поисках выхода Рита пришла в клуб «Здоровая семья». Здесь и познакоми­лись с Игорем Борисовичем Марков­ским, впервые сказавшем о том, что детей надо рожать не в больнице, а дома — в ваннах или еще лучше под открытым небом — где-нибудь на озере, в реке или на море. Еще лучше, если в таинстве этом примет участие будущий папа. И совсем прекрасно, если ново­рожденные будут появляться на свет в присутствии дельфинов.

Впервые «водных детей» Рита уви­дела на лекции Чарковского. Родители приносили их в клуб, извлекали из за­плечных сумок-кенгуру, и пока Игорь Бо­рисович говорил, демонстрировали пе­ред новичками, на какие чудеса спо­собны эти крохи. Иным всего-то было несколько недель, а они сами переме­щались по сцене, не ползали, а ходили на четвереньках. Те, кому перевалило за три-четыре месяца, поднимались во весь рост и шлепали босыми ножками. Один, ловкий, как кошка, спрыгнул со стола — и ничего. Чем не каскадер! На руках пап и мам маленькие акробаты проделывали головокружительные трю­ки.

Воспитанники Чарковского не боятся ни холода, ни сквозняков, прекрасно чувствуют себя в жару, общительны, смышлены, легко вступают в контакт. Но не ради того, чтобы «водные дети» спо­собны были на гимнастические трюки, создавал первооткрыватель плаватель­ных способностей у младенцев свои ме­тоды.

— С помощью «водных детей» я смогу управлять эволюцией, — заявил Марков­ский.

ПРЕДСКАЗАНИЕ

Рождение человека — величайшая из тайн. На протяжении обозримой истории человечества мы продвигаемся по пути развития технократической цивилиза­ции, но для самих себя остаемся боль­шой загадкой. Избранный нами путь не дает нам возможности избавиться от войн, голода, болезней, экологических катастроф. Чтобы спасти природу и себя, необходимо сознательно подклю­читься к эволюции, убежден Марков­ский. Это главная проблема, которую нам предстоит решать в ближайшее время.

«Отец водных родов» — так во всем мире называют нашего соотечествен­ника — предлагает выход из тупика. Для этого надо самим принять участие в преобразовании человеческой природы. Рано или поздно, говорит Чарковский, люди вернутся в свой родной дом-океан. С него когда-то все началось. Люди научатся жить в воде, осваивая водную стихию, укреплять свое тело, разовьют свой мозг. Возвращение в океан надо начинать с момента рожде­ния.

«Водные дети» уже доказали свои преимущества перед сверстниками, ко­торых воспитывают в рамках сложив­шихся традиций. За годы деятельности Чарковского стали взрослыми те, кто первым начинал свою жизнь с водной колыбели и продолжал следовать его ре­комендациям. Крепкие физически, они не агрессивны, доброжелательны, об­ладают экстрасенсорными способно­стями, независимы, не поддаются чу­жому влиянию. «Водные люди», такое прогноз Чарковского, не станут убивать друг друга, они способны выжить в эко­логически неблагоприятной атмосфере, способны предвидеть будущее. Именно они построят новую цивилизацию. По­степенно Мировой океан станет для че­ловечества естественной средой обита­ния. Освоив жизнь в двух средах, на суше и в воде, «водные люди» приведут мир к расцвету, а себя к бессмертию.

Как утверждает известный москов­ский экстрасенс Борис Александрович Иванов, в начале XXI века 70% детей в Европе будут «водными». Сам «отец вод­ных родов» получил признание мировой науки. Игорь Борисович Чарковский — президент Всемирной ассоциации аква-культуры (терапия, экология, исследо­вание человека) — ВАТЕР, почетный до­ктор «Службы человека» Калифорний­ского университета. Его не раз пригла­шали на международные конференции, конгрессы, симпозиумы. Некоторые из них специально были посвящены обсуж­дению его работ. Еще в 1984 году, когда Чарковский был «невыездным», его ра­боты заочно были рассмотрены в Па­риже на конференции «Вода и состояние сознания» и оценены как одно «из инте­реснейших исследований нашего века». Позже, в 1990 году, участники еще од­ного семинара в Париже назвали иссле­дования нашего знаменитого соотече­ственника «поворотным пунктом эволю­ции к спасению человека». Фактически они признали то, в чем давно уже были убеждены наши ученые, с которыми мо­лодому Чарковскому посчастливилось сотрудничать. Один из них — Игорь Пав­лович Ратов, внесший значительный вклад в развитие советского спорта. Бу­дучи ректором Всесоюзного НИИ физи­ческой культуры он высоко оценил ра­боту руководителя группы по обуче­нию младенцев плаванию, считая, что его    исследования могут дать возможность влиять на эволюцию чело­века.

Все живое на свете способно пла­вать, убежден исследователь. Но так сложилось, что в процессе освоения суши многие обитатели океана вышли из него в результате борьбы за выживание и, казалось бы, навсегда утратили свои плавательные способности. Однако они сохранились в живых организмах как генетическое невостребованное наследие. Свои теоретические предпосылки Мар­ковский подтвердил целым рядом экспе­риментов. Ему удалось приобщить к вод­ному образу жизни самых разных пред­ставителей животного мира, испокон ве­ков считавшихся сухопутными. Лекции свои он сопровождает интересными увлекательными рассказами о том, как живут в воде тараканы и кошки, кролики и свиньи, куры и обезьяны. Став водоплавающими, они значительно опе­режают своих сухопутных собратьев по физическим показателям. Значительно увеличивается срок их жизни.

Подобно тому, как цыплята идут вслед за уткой и вместе с ее выводком оказываются в воде, и наши младенцы, принятые в стаю дельфинов, начнут ря­дом с ними переплывать океан. Пред­ставители параллельной разумной циви­лизации на Земле, эти могучие гиганты водных просторов на протяжении веков доброжелательно относились к людям, особенно к детям. Тому есть многочис­ленные свидетельства в истории и культурах разных эпох.

Есть уже сведения о том, что жен­щины стали рожать в присутствии дель­финов. Дельфины чудесным образом входят в контакт с плодом, находящимся в материнском лоне, благоприятно воз­действуют на его тонкие структуры, что позволяет задействовать целый ком­плекс врожденных механизмов, которые способствуют благополучному рождению в воду.

ЧЕЛОВЕК — ЧАСТИЦА ОКЕАНА

Нетрудно догадаться, как поступила Рита после знакомства с «водными детьми» и лекции Чарковского. Сначала с горлышка Стелы был снят шарф. Это был мужественный поступок мамы бо­лезненного ребенка. Но для выздоров­ления этого было недостаточно. Предстояло круто изменить образ жизни, привычки, словом, победить себя. Не всем такое удается. Рите удалось. Те­перь Степа — здоровый мальчик, пла­вает в бассейне, обливается холодной водой, бегает босыми ножками по снегу и очень редко болеет. Однако он — не «водный ребенок».

Чтобы «водному ребенку» появиться на свет, его родителям надо одолеть на пути ученичества подъем еще более кру­той и сложный, чем овладение «пре­мудростями» самоисцеления. Еще до его зачатия будущим родителям пред­стоит посещать школу сознательного родительства, перенять опыт у духовных акушерок и у инструкторов по обучению плаванию новорожденных, самим зани­маться плаванием, гимнастикой, ребефингом, медитациями, а также посвятить себя чтению специальной и духов­ной литературы.

Для того чтобы погрузиться в мир Чарковского, Рите пришлось оставить работу, а ее муж Игорь Разенков предо­ставил ей возможность снова стать ученицей, взяв на себя нелегкую ношу — материальные заботы о семье.

— Вы думаете я придумал что-то но­вое? — обращался к своим ученицам Игорь Борисович. — Ничего подобного. Все уже давным-давно сказано. Чи­тайте! В древних источниках можно найти сведения о целительной силе воды, о том, что жизнь появилась в воде, и о том, что наши предки, выйдя из воды, унесли в себе частицу оке­ана... Те методы, что я предлагаю, за­долго до меня, за миллионы лет в про­цессе эволюции отработала сама при­рода. Я лишь заимствовал у нее эти ме­ханизмы и постарался перенести в об­ласть акушерства и педиатрии. В трудах передовых ученых нашел я подтвержде­ние своим мыслям.

В доме Риты и Игоря Разенковых стала появляться литература, которая значительно расширила круг их чтения. Это — духовная литература, а также книги Циолковского, Бехтерева, Коржуева, Анохина, Бернштейна и многих дру­гих деятелей науки, чьи знания исполь­зовал Чарковский.

Так, в труде Циолковского «Биология карликов и великанов» Рита прочитала о том, как благотворно влияет невесо­мость на развитие людей, делая их бо­лее совершенными по силе мышц и высоте разума. Но Циолковский писал об этом применительно к другим планетам с иными условиями гравитации, Мар­ковский же обратил внимание на Оке­ан.

Знания о том, что дает для развива­ющегося организма смена среды обита­ния, Рита почерпнула из монографии одного из учителей Чарковского, специ­алиста в области сравнительной биоло­гии и химии доктора биологических наук Петра Андреевича Коржуева, названной «Эволюция, гравитация, невесомость». На примерах целого ряда животных уче­ный проследил, как в процессе эво­люции изменялись их внутренние органы и внешний облик в зависимости от сре­ды обитания. Коржуев высказал пред­положение, что именно водная сре­да способствовала развитию необычай­ной понятливости и разума дельфи­нов.

Рита смогла внести и свою лепту в дело Чарковского. Она владеет фран­цузским и смогла перевести книги, ко­торые тотчас разошлись среди его по­следователей. Это «Рождение без наси­лия» Фредерика Лебойе, «Дети-пловцы и пренатальная акватическая подго­товка» Ренэ и Эдит Депельзинер, «Ро­диться и возродиться в воде» Мишеля Одана, сборник «Аквариус» Изабель Габриэл. Их названия говорят сами за себя. Кроме того, из них можно узнать о том, как развиваются методы Чарков­ского за рубежом.

МАЛЬЧИК-ДЕЛЬФИНЕНОК

Вася медлил, все не появлялся, но материнское сердце уже улавливало едва заметные сигналы: малыш давал о себе знать. Когда Рита погружалась в состояние медитации, занималась ребефингом, перед ее мысленным взором возникал его образ. В своем воображе­нии она рисовала портрет ребенка. Его душа витала где-то рядом.

Рита ныряла и плавала, часами не касаясь бортиков бассейна. Чем дальше продвигалась беременность, тем больше двигалась, тем теснее стано­вился контакт с новой жизнью внутри нее.

Уже и сама медицина признает, что плод слышит, чувствует, переживает и производит определенные движения, которые соответствуют его эмоциям. Чарковский рекомендует общаться с плодом, приучать к тому, что он будет рожден в воде, что будущая мама пре­красно подготовлена к такому его появ­лению на свет, что она не нуждается в посторонней помощи и со всеми трудно­стями справится сама. После таких «бесед» малыш рождается не в муках, а в любви и гармонии с окружающим миром. Рождение становится праздни­ком и является благом для гармоничного развития его организма и психики.

Так рожали жрицы в Древнем Египте, когда ждали появления на свет жрецов и фараонов.

…Мама со Степой были на даче у бабушки. К ним в гости приехал Игорь Борисович. «В другой раз такой сча­стливый случай вряд ли повторится. Так зачем ждать! — решил Вася. — И день прекрасный: июль, птицы поют, цветы, тишина…»

Без особого труда Вася выплыл в ванну, немного поплавал с открытыми глазами, потом его подняли, окатили из ведра ледяной водой из колодца. Он весь покраснел, как свекла, немножечко вякнул и только начал осматриваться во­круг, как был приложен к маминой груди и уснул возле нее. Но спал он почти так же, как и там, откуда пришел: все время нырял, находясь рядом с мамой в ванне. А затем спал под кустом жасмина, при­крытый опавшими лепестками, словно белой простынкой.

Так прошел первый день младенца, которому предстояло осваивать жизнь сразу в двух средах — на суше и на воде. Как только он появился на свет, в его организме начали развиваться те способности, которые необходимы для пребывания то в условиях невесомости, то в условиях гравитации. Во время ны­ряний он овладел дыханием как пре­красным инструментом управления всеми внутренними органами. Приспо­собился к перепадам температуры, ко­торые стимулируют мышечную деятель­ность. Научился спать и есть в воде, благодаря чему обрел способность пла­вать сутками в домашней ванне, прео­долевать километры на реке и нисколько не уставал. Пребывание в условиях земной невесомости не могло не спо­собствовать благоприятному развитию его организма. Заложенные природой плавательные механизмы сразу же были таким образом приведены в дей­ствие.

Жизнь закрутилась, как кино­лента. «Сюжеты» ее были придуманы и в течение многих лет отлажены Марков­ским, Вася плавал в речке Клязьме. В руках родителей принимал то позу «бабочки», то «лягушки», то «лотоса». Это упражнения бэби-йоги. Разработан­ные автором метод на основе класси­ческих йоговских асан, они предназна­чены для новорожденных. Каждая поза физиологична и способствует гармонич­ному развитию опорно-двигательной си­стемы и внутренних ор­ганов. Благодаря йоге Вася а дво модели начал осваивать на чет­вереньках комнаты под­московной дачи, дорож­ки сада.

Васе не исполнилось еще и месяца, как жизненное пространство его внезапно расширилось до планетарных разме­ров. Прямо со станции Клязьма отправился с Игорем Борисовичем и мамой поездку по странам Западной Европы: побывал Италии, Испании, Франции, Финляндии. Все лето и осень плавал в бассей­нах то в одной стране, то в другой, возили его и на Средиземное море, где он свободно перемещал­ся в прибрежных водах, будто родился в них, а не в ванне на подмос­ковной даче.

Во время поездок Игорь Борисович высту­пал с докладами на кон­ференциях, беседовал с теми, кто интересовался его методами, Васина мама была переводчи­ком, а Вася показывал, как то, о чем они раз­говаривают и спорят, делается на практике. Малыш был окружен спе­циалистами. Микропеди­атры из города Катания в Сицилии пришли к выводу, что ритмы сердца и дыхание у мини-пловца, как у хорошо натрениро­ванного спортсмена. Демонстрировал Вася свое искусство и в дельфинарии испанского парка «Сафари».

Похоже было, что мощные и сильные обитатели дельфинария сначала робели перед человеческим дегенышем. Такого маленького они видели впервые и всячески старались проявить к нему свое расположение. Когда гости из Москвы вместе с Васей на руках появлялись на бортиках бассейна, демонстрируя радость, высоко   подпрыгивая, разгоняли волну, выделывали в воздухе смешные пируэты. Когда Васю погружали в воду, замирали, а затем осторожно подплывали и тыкали носом под попку, под пятки, под спинку. Когда обнаружили, что младенец к тому же и спит и ест в воде, как дельфиненок, то стали его опекать. Самая крупная дельфиниха всегда кружила рядом, стараясь не упускать Васю из виду все восемь дней, пока его приносили в бассейн. Стоило Чарковскому с Васей на руках погрузиться под воду чуть глубже, чем обычно, она тут же подплывала и осторожно подталкивала его вверх, явно давая понять, что недовольна.

Рядом с дельфинами Вася чувство­вал себя совершенно спокойно. Ка­залось, что он здесь «свой» среди «своих». Таинственному миру наших ра­зумных братьев он также не был чужд. Когда младенца выносили на сушу, он явно показывал, что не хотел бы поки­дать дельфинов, словно те манили его назад.

Наблюдая эти сценки, Игорь Борисович делился своими мыслями о перспективах межвидового развития: люди вместе с дельфинами создадут единую этническую цивилизацию, и по­явится гомо дельфиниус — существо, в котором проявятся лучшие качества двух видов. Причем так думают и другие из­вестные исследователи. Это — пионер в изучении интеллекта дельфинов доктор Джон К. Лилли; непревзойденный фран­цузский ныряльщик Жак Майоль; дирек­тор клиники «Рейнбоу-Делфин Сентре» в Новой Зеландии Эстелла Майер. С ними Марковский не раз встречался.

Президент Всемирной ассоциации ВАТЕР Игорь Чарковский предпринима­ет свои поездки по странам с тем, что­бы его последователи могли объеди­нить усилия. Он верит в то, что достижения Васи могут быть растира­жированы, то есть они доступны и для других младенцев. Но увы! После­дователи «отца водных родов» зачастую ворпринимают его идеи слишком по­верхностно. Чтобы младенец стал плов­цом, его недостаточно родить в воде, а затем погрузить в воду и все! Так ниче­го не получится. Чтобы добиться хороших результатов, надо тренировать детей, научить их преодолевать труд­ности.

О Чарковском спорят. Вокруг его имени возникают острые дискуссии. Оп­поненты называют его методы «нео­шаманскими». Пока идут споры, маль­чик-дельфиненок продолжает работать-ка эволюцию. Он многое успел сделать для просвещения планеты. Его пока­зательные выступления в бассейнах, клиниках, родильных домах не проходят бесследно. В Париже «чарковцы» объе­динились вокруг пары Доминик Камшо и Жан-Пьера Ульзега. Их дочь Гита, вос­питанная по той же схеме, что и Вася, начала плавать в домашнем бассейне. В нем занимаются и другие дети, чьи ро­дители безоговорочно принимают ме­тоды Чарковского.

РЕКОРД ИЛИ САМОИСЦЕЛЕНИЕ

Накануне Васиного марафона Игорь Бо­рисович говорил мне: «Вася способен переплыть океан…» Поверить в такое трудно. Подумалось: явно преувеличи­вает мой собеседник. Это же не речку переплыть, не пруд. Океан!

С такими мыслями я перешагнула порог московской школы № 20, когда здесь проводился заплыв малыша. Уже вовсю светило солнце. Его лучи отража­лись на зеркальной глади бассейна. Не сразу я заметила Игоря Борисовича и Васю. На некотором расстоянии друг от друга они кружили по голубой до­рожке с самого утра. Игорь Борисо­вич шел задом наперед по пояс в воде. Вася плыл за ним со связанными за спиной руками. Это было сделано для того, чтобы малыш не свернул с дистанции. Тренер не сводил с него, глаз, нежно целовал, когда тот прояв­лял признаки беспокойства. Звучала ме­дитативная музыка, звуки ее лились от­куда-то сверху. На втором этаже зала кто-то удачно импровизировал, под­страивался под настроение мини-плов­ца. Жужжали видеокамеры. По бортику бассейна ходили, сидели, вполголоса переговаривались между собой много­численные гости и организаторы заплы­ва.

Заглядываю в судейский журнал: Вася стартовал в 11 часов 15 минут при температуре воды 32°С, воздуха 25°С. 100 кругов он набрал в 13 часов 50 ми­нут. В 14 часов Игорь Борисович кормил его молочной смесью «Лакомка“ из соски, сыром и изюминками. Во время обеда малыш не прекращал своего дви­жения.

— Я потрясен! — восклицает один из гостей заплыва, президент Христиан­ского фонда спасения Виктор Сергеевич Савельев. — Я сам был когда-то плов­цом, знаю технику плавания. Но эта! Он практически не делает тех движений, ко­торые считаются рациональными. Пере­мещается в воде совершенно орга­нично, как рыбка. Руки — за спиной, ножками чуть-чуть шевелит и при этом передвигается со скоростью спортсмена первого разряда. К тому же сохраняет равномерное дыхание, на протяжении всей дистанции. Такое впечатление, что малыш овладел искусством, которое за­имствовано у древних духовных культур Востока.

— У вас не вызывает тревогу этот заплыв? — спрашиваю я молодого педи­атра из городского родильного дома № 15 Валерия Николаевича Сонного. Он вы­хаживает недоношенных детей с первых дней их жизни и интересуется методами Чарковского, спасшего, как известно, не одну сотню новорожденных, появив­шихся на свет ранее срока.

— Тревоги никакой нет. Я и раньше наблюдал за Васей. Всякий раз после длительного заплыва он еще более оздоравливался. Для него плавание — что-то вроде детской игры.

Беседую о Валерием Алексееви­чем Капраловым, специалистом из мос­ковского Психотерапевтического цен­тра, руководителем натуропатической школы оздоровления и родовспоможе­ния.

— А у вас нет желания прекратить тот марафон? Вод» Вася плавает уже более пяти часов!

— Я не вижу никаких симптомов, ко­торые могли бы вызвать беспокойство. Кожные покровы у малыша розовые, ко­ординация движений не нарушена. Чув­ствуется эмоциональный контакт между ребенком и тренером. Они ведут себя как единый организм.

— А можно ли с точки зрения психо­терапевта объяснить, что сейчас проис­ходит с их психикой? Какой меха­низм дает им продержаться так долго на дистанции и при этом не терять силы?

— По-моему, сила в них не исчезает, а только прибавляется. Идет накопление психической энергии. Она и позволяет преодолеть большие расстояния. Спо­собствует этому состояние медитации, автоматизм движений. Так всадник спит в седле, но продолжает двигаться впе­ред. Не надо забывать, какую функ­цию выполняет при этом дыхание. Древ­ние говорили: «Прислушайся к своему дыханию и ты услышишь ритм Все­ленной». Живой Космос дышит. Воз­можно, им удалось каким-то чудес­ным образом подключиться к его ритму и это придает обоим жизненную энер­гию.

…Можно, конечно, соглашаться или не соглашаться с подобными суждени­ями, но то, что в зале был некий накал особого состояния, думаю, подтвердит каждый участник этого события. Вот ведь плавает Вася уже который час. И нет конца этому марафону. Да и марафон ли это для него? Скорее, таков его образ жизни. В отличие от нас ему ведомы другие состояния, которые он обрел благодаря погружениям в воду. Возможно, именно эти состояния вывели организм малыша на режим работы, во время которой происходят самовырав­нивание энергии, самоисцеление, само­гармонизация.

Не дождавшись конца заплыва, гости постепенно расходились. Ушла и я, выразив на прощание Рите восхищение. При атом, каюсь, но могла не спросить, но беспокоится ли она за здоровье Ваои?

— Он же но а первый раз так плавает. Марафон так устроен для того, чтобы привлечь внимание к методу Чарков­ского, а я даже ради самой распрекрас­ной идеи не отала бы жертвовать своим ребенком. Просто я хочу, чтобы он был здоров, чтобы не повторилось в нашей семье та ситуация, которую мы пережили, когда постоянно болел Степа. Если Васины старания к тому же принесут пользу и другим детям, я буду чувствовать себя счастли­вой.

Было уже два часа ночи, когда слу­жители бассейна спохватились, что надо готовиться к предстоящим соревновани­ям. К утру они могли не успеть сме­нить воду. Заплыв решено было пре­кратить. Вася спал. Его осторожно раз­будили. Он проплыл последний, почет­ный круг, сам поднялся на бортик и по­шел к маме.

Нина Крюкова