Опубликовано в разделе Здоровье, 13.04.2011, 2955 просмотров

Люстра Чижевского

Впервые я увидела эту удивительную люстру Чижевского в Москве на международ­ной выставке «Медицина для вас». Несмотря на то, что издали она больше походила на огромных размеров баскетбольную корзину, чем на осветительный прибор, в ней ощущалась некая изысканность и гармо­ния. А когда я осторожно протянула к люстре руку, то, казалось, почув­ствовала легкое дуновение свежего ветерка, нежно погладившего ладонь. Я вдохнула воздух, такой ослепительно чистый, что на мгнове­ние оказалась в сосновом грибном лесу своего далекого детства. И в этот момент поняла, что хочу такую же. Несмотря на то, что слабо пред­ставляла себе, как сооружение с метровым кольцом, усеянным ощети­нившимися иголками, впишется в мою квартиру.

Владимир Петрович Тихонов, гене­ральный директор акционерного обще­ства «Элион», которое производит эти необыкновенные люстры, рассказы­вал мне о них столько невероятного и был так убедителен, что я оконча­тельно полюбила этого гигантского «морского ежа». И мне очень захоте­лось, чтобы читатели его полюбили тоже, ибо, оказывается, без этой самой люстры наша с вами жизнь и не жизнь вовсе, а так, медленное вполза­ние в небытие. А во всем виноваты… ионы, точнее — их отсутствие.

Каждый знает, как легко и хорошо дышится у моря, в лесу, в горах и как плохо, дискомфортно чувствуем мы себя, оказавшись на городских маги­стралях или в тесных, плохо проветри- ваемых помещениях. Многие ощущают дурноту, головокружение, боли в сер­дце. В этих случаях говорят, что не хватает воздуха.

Поэтому целебным оказывается не всякий, а только наружный воздух. Это, кстати, хорошо знали древние. Еще Гиппократ советовал больше находиться на открытом воздухе. В древних античных городах строили специальные хорошо продуваемые площадки — «аэрарии», где больные люди принимали воздушные ванны. Но дело вовсе не в том, что в наружном воздухе больше кислорода. Главное то, что атмосферный воздух лучше ионизирован, т. е. содержит большее количество отрицательных ионов.

За счет разрядов молний, солнечного излучения, радиоактивного излу­чения почвы, космических лучей, а также разбрызгивания воды возле водопадов, движения воздуха вблизи острых предметов: камней, игл хвой­ных деревьев — возникают атмосфер­ные ионы. От трения предметы и сам воздух электризуются. Вблизи острия возникает высокая напряженность поля. Чем выше напряженность, тем сильнее ионизация.

В школе мы учили, что любой атом состоит из ядра и отрицательно заря­женных частиц — электронов. Если отобрать у атома один электрон или соответственно его добавить, то полу­чится уже не нейтральный атом, а ион. Если у атома забрать электрон, то он становится положительным ионом, если добавить — отрицательным. И если острие, к примеру, хвойной иглы очень тонкое, то возникает возмож­ность отрыва электрона от атома кислорода, а в другом месте — его при­тягивания. Кислород — легко ионизи­рующийся газ, и для него нужна наи­меньшая энергия ионизации. Элект­роны при соответствующих условиях в первую очередь прилипают именно к атому кислорода, делая его отрица­тельно заряженным.

Только в прошлом веке было обна­ружено существование в воздухе поло­жительно и отрицательно заряженных частиц — ионов, а также то, что нали­чие ионов в воздухе — естественный и постоянно действующий фактор вне­шней среды, такой же, как температу­ра, давление и влажность. Затем уче­ные подсчитали, что в среднем над поверхностью земли в одном кубичес­ком сантиметре воздуха содержится до 1500 ионов, среди которых, заме­тим, преобладают положительно заря­женные ионы, и установили, что изме­нение степени ионизации вдыхаемого человеком воздуха влечет за собой сдвиги в различных органах и системах, отвечающих за жизнедеятель­ность организма. Воздух особенно ионизирован на склонах гор, в горных долинах, на берегах морей и океанов. Вполне естественным стало стремле­ние специалистов использовать этот ионизированный воздух как в лечеб­ных, так и в профилактических целях. Но вот тут-то была скрыта одна загад­ка, к которой самым непосредствен­ным образом оказался причастен великий русский ученый Александр Леонидович Чижевский.

Все дело в том, что до определен­ного времени ученые и врачи были убе­ждены, что положительное действие на организм оказывают именно поло­жительные ионы, что и закрепилось в их названии. Колоссальная заслуга Чижевского состоит в том, что он пере­вернул прежние представления, дока­зав, что и на больной, и на здоровый организм положительное действие оказывают лишь отрицательные заря­ды, но тоже не всякие. Целебными свойствами обладают отрицательно заряженные ионы кислорода воздуха. Вот мы и подошли к окончательному объяснению того, почему целителен горный, лесной или морской воздух. Там не только много кислорода, но он и заряжен отрицательно.

О Чижевском Тихонов говорит вза­хлеб. Чувствуется, что это его кумир. Тихонов — выпускник МВТУ им. Бау­мана и увлекся идеями Чижевского еще на студенческой скамье. Его диплом был посвящен работам Чижев­ского, а после окончания вуза Влади­мир решил продолжить дело ученого.

Многие знают Александра Леони­довича Чижевского как основателя гелиобиологии — науки о влиянии Солнца на живые существа. Менее известно, что Чижевский автор метода «аэроионотерапии», предложенного им для лечения больных и оздоровле­ния  здоровых. Наше  тело, каждая наша клетка выделяет при дыхании, говорил Чижевский, «отброс» организ­ма. Вот почему так тяжело бывает дышать в переполненном транспорте или, к примеру, в кинотеатре. Мы про­сто отравляем друг друга тем, что выдыхаем.

В последнее время, кстати, и это особенно подчеркивает Владимир Тихонов, в воздухе, которым мы выну­ждены довольствоваться в своей повседневной жизни, резко снизилось количество ионов вообще и отрица­тельных в частности. На городских улицах в одном кубическом сантиме­тре воздуха отрицательных ионов приблизительно одна-две сотни. В при­городном лесу их до двух тысяч. В горах их число в 10 раз больше — от 5 до 20 тысяч. А в наших квартирах их насчитывается всего 20—50 штук.

Такая колоссальная разница ни к чему хорошему не приводит. И осо­бенно нехватка отрицательных ионов в воздухе сказывается на нашей крови. Теперь в медицине для этого явления есть название — тромбогеморрагический синдром. Этот синдром характе­ризуется сгущением структур крови и образованием тромбов. На такое пове­дение крови, лишенной отрицательных зарядов, также первым обратил вни­мание Чижевский. Он исследовал дви­жение крови в сосудах кровеносной системы и доказал, что законы этого движения   обусловлены   электричес­ким взаимодействием между формен­ными элементами крови, такими, как эритроциты и лейкоциты. Этой теме посвящена его монография «Структур­ный анализ движущейся крови», опуб­ликованная в 1959 году.

Строгое, то есть идеально правиль­ное движение крови по организму обеспечивается именно благодаря отрицательному заряду эритроцитов, основная функция которых — участие в газообмене. Эритроциты поглощают кислород, поступивший в легкие, пере­мещают его и отдают органам, тканям и клеткам. И естественно, что они забирают в легких и несут дальше к клеткам необходимые для нормальной жизнедеятельности организма отрица­тельно заряженные ионы кислорода. Чем их больше, тем лучше чувствует себя человек, тем меньше подвержен он болезням.

Однако Чижевский изучал, в основ­ном, движение крови в здоровом орга­низме. Доктор медицинских наук, про­фессор Мария Семеновна Мачабели — врач, и ее основная забота — болезни человека, их причины, а также пути лечения. Еще работая над своей дис­сертацией, она задумалась над броса­ющимся в глаза фактом, на который многие медики не обращали должного внимания: все без исключения болез­ни — инфекционные, вирусные, сома­тические,    функциональные, требу­ющие хирургического вмешательства, последствия несчастных случаев, облучения, отравления, ожоги и т. д. — имеют разные причины, но общее тече­ние. Познакомившись с трудами Чижевского, Мачабели сделала откры­тие: все начинается с потери отрица­тельного заряда в ослабленном воспа­лительным процессом или травмой месте.

Пораженный орган начинает терять способность поглощать отрицательные ионы воздуха. Возникает явление, называемое гипоксией, иными слова­ми, электронное голодание клеток. Это и есть, по мнению М. С. Мачабели, первопричина всех недугов, названная ею тромбогеморрагическим синдро­мом. Как результат этого синдрома все клеточные, внутри- и межклеточные структуры проявляют свое универ сальное свойство: обратимо или даж необратимо сгущаться, расслаиваться а затем растворяться. Свертываете все живое: белки, жиры, углеводы сама кровь. От изначального места поражения лишенные отрицательного заряда клетки и загустевшая кровь распространяются по всему организму, поражая наиболее слабые места. И какой это будет орган — сердце или почки, легкие или нижние конечности, — остается только догадываться. А как невыносимо видеть, когда после безукоризненно выполненной хирурги­ческой операции больные погибают от тромбогеморрагического синдрома — воспаления почек, отека легких, мозга. А ведь им можно было помочь.

Или другая беда, к сожалению, достаточно частая, особенно в зимнее время, — перелом ноги или руки. Однако ломается не только кость, но происходит и нарушение всей стройной структуры жизнедеятельности орга­низма. Начинается дистрофия — нару­шение питания костной ткани, хаоти­ческое движение поступающей по сосудам крови, развивается кислород­ное голодание клеток. Иными словами, болеет весь организм. А причиной всему — клетки, потерявшие отрица­тельный заряд. Это опять-таки и есть тромбогеморрагический синдром. Если врач, понимая происходящие при этом процессы, сумеет быстро восстановить отрицательный заряд в клетках до их массовой гибели, то сам процесс выз­доровления больного будет значи­тельно ускорен.

Тихонов утверждает, что синдром описан Марией Семеновной Мачабели достаточно давно, сведения о нем содержатся в Большой медицинской энциклопедии, но практикующие врачи о нем и его последствиях знают мало или не знают совсем. А ведь если любая болезнь вызвана падением отрицательных зарядов в клетках, то значит, тот же отрицательный заряд способен стать и универсальным «ле­карством»: он способен восстановить нарушенный внутренний электрообмен и помочь привести больного к полному выздоровлению.

Но врачи продолжают рассматри­вать процесс свертывания крови пре­имущественно с химической стороны,в основном обращая внимание на роль ферментов, регулирующих ход реак­ций в организме. Если посмотреть на эти реакции с точки зрения физики, то они сводятся к процессам ионного обмена, взаимодействию заряженных частиц. К примеру, сама Мачабели успешно лечит многие сложные забо­левания введением в организм чело­века гепарина — вещества, препят­ствующего свертыванию крови. И глав­ное заключается в том, что молекулы этого вещества в растворе — частицы, несущие отрицательный заряд. Если этого не сделать, то, по словам учено­го, быстро теряя электрический заряд, компоненты крови начинают разде­ляться на фракции и в итоге слипают­ся. В одних местах кровеносные сосуды забиваются, в других — откры­ваются. Что, сами понимаете, ведет к инсультам и инфарктам. И это в допол­нение к основному недугу.

Мария Семеновна Мачабели счи­тает себя продолжателем идей Чижев­ского. В 1959 году были опубликованы его рекомендации по применению отрицательно заряженного кислорода воздуха в жилых, общественных, производственных помещениях, поли­клиниках и больницах, на животновод­ческих и птицефермах. Чижевский даже разработал специальную кон­струкцию для ферм и птицефабрик, а животные и птицы благодаря этой кон­струкции не болели и давали значи­тельную прибавку в весе. Под воздей­ствием отрицательных ионов воздуха резко повышалась всхожесть семян и их урожайность.

— Значит, это и есть всеми забы­тая люстра Чижевского? — спросила я у Тихонова и с особой любовью, прямо- таки страстью, вновь воззрилась на такой ставший родным «хулахупчик» с горделиво ощетинившимися иголками. — Вы воссоздали то, что придумал Чижевский?

— Знаете, я вам сейчас прочту слова Чижевского, написанные им в 1959 году, которые не давали мне покоя долгое время: «Когда аэроиони­зация получит в нашей стране такое же распространение, как и электрифи­кация, можно будет говорить о сохра­нении здоровья, защите от инфекций и увеличении долголетия огромных масс народа. Все предпосылки для скорей­шего осуществления такого исключи­тельного мероприятия имеются нали­цо».

Эти слова особенно касаются городских жителей. Люди, живущие в сельской местности, гораздо меньше страдают от недостатка свежего, чистого воздуха. Если сравнить, к при­меру, статистику;заболеваний лесни­ков и металлургов, то лесники здоро­вее металлургов в тысячу раз! Вообще, лесники считаются самыми здоровыми людьми из всех категорий населения во многих странах мира.

Когда я впервые столкнулся с тру­дами Чижевского — продолжал В. П. Тихонов — то сразу же заинтересо­вался его люстрой. Относительно именно этого своего изобретения Чижевский был особенно оптимисти­чен. Вот, через тридцать лет надежды, кажется, сбываются. По крайней мере, для меня и моих единомышленников это стало делом жизни. Сам Чижев­ский работал над созданием люстры 50 лет и считал, что его детище должно найти свое место на каждом предприятии, в каждом доме, детском саду или школе, Есть даже книга, где на фотографии — Александр Леонидо­вич и его сотрудники, а над ними рас­простерла свои иголки такая же люстра.

Конечно, настоящую люстру она напоминает лишь отдаленно, разве что висит под потолком. Однако, когда это. несложное сооружение включается в сеть, постепенно начинают происхо­дить чудеса.

Астматики, попав под воздействие люстры, перестают задыхаться, у гипертоников снижается давление, у сердечников нормализуется сердеч­ный ритм, они перестают чувствовать сжимающие боли, тяжелые приступы мигрени проходят за 15 минут. И как от сказочной живой воды на глазах затя­гиваются раны. Но что же происходит при этом? Все очень просто, как все гениальное.

Электрические заряды в первую очередь возникают среди горных вер­шин, у крон высоких деревьев, в обла­ках, на гребнях океанских волн. Эти разряды и использовал ученый в искусственном источнике, создав своего рода генератор отрицательно заряженных ионов. Сферическая поверхность люстры, подвешенной к потолку, дает конус излучения, охва­тывающий примерно 15—20 кв. метров. Люстра как бы оживляет кислород воздуха, делает его схожим с горным или лесным. Волшебство целительства возникает потому, что на металлические иголки подается высо­кое импульсное напряжение. Тогда и происходит необычное явление: вокруг игл образуется поток электронов, которые, обладая свойством прилипа­ния к атомам кислорода, образуют отрицательно заряженные частицы воздуха. А они-то, как мы теперь знаем, и творят чудеса.

Они живут так долго, что успевают прореагировать с человеческим орга­низмом через дыхание — точнее, через альвеолы легких и через кожу. Отрицательно заряженные ионы рав­номерно попадают в кровь при дыха­нии, а в дальнейшем участвуют во всех происходящих в ней реакциях ионного обмена. В воздухе при этом образуется концентрация отрицательно заряжен­ных ионов, достаточная для того, чтобы чуть ли не оживить мертвого. Если в обычном комнатном воздухе, как мы говорили, содержится 20—50 отрицательных ионов, то на рассто­янии до одного метра от люстры их количество достигает 100 тысяч, а во всей комнате — до 50 тысяч штук. Воз­дух становится стерильным, поэтому в операционных подобные люстры неза­менимы. Пыль садится на пол и стены, их, конечно, нужно изредка протирать влажной тряпкой. Даже цементная пыль, которую метут веником, выше 20 см от пола при работающей люстре не поднимается.

Результаты первых экспериментов с теми люстрами, которые стало производить общество «Элион», в точ­ности претворив идеи Чижевского, поражают даже видавших виды вра­чей. Стали выживать люди с обшир­ными — до 70 процентов — ожогами кожи, лежачие перестали болеть бес­конечными пневмониями, раны затяги­ваются быстрее. Но заслуга Тихонова и его коллег заключается не только в разработке современной конструкции, но и в налаживании серийного произ­водства люстр Чижевского. Специали­сты фирмы также воссоздали и уточ­нили методику использования люстры и могут ответить на многие вопросы.

Я поинтересовалась списком исце­ляемых болезней. Тихонов с воодушев­лением стал перечислять: стенокар­дия, бронхиальная астма, неврастения, радикулит, переломы, раны, ожоги, грипп, простуды, бронхит, мигрени, ревмокардит, гипотония, воспалитель­ные процессы самой различной этио­логии… Недоношенные дети выжи­вают в 100 процентах случаев, если находились под люстрой. Звучало, как фантастика. Тем более что Тихонов не занимался простым перечислением, а приводил конкретные примеры из работы самого «жаркого» места в медицинской Москве — Института ско­рой помощи имени Склифосовского. Именно здесь, в ожоговом отделении, одном из самых тяжелых, у лауреата Государственной премии профессора Ларисы Ивановны Герасимовой, были установлены первые люстры. Теперь такими же люстрами оснащены сосу­дистое и гинекологическое отделения.

И еще одну болезнь успешно лечит люстра Чижевского, название этой болезни — «синдром усталости». У нас на это заболевание пока обращают мало внимания, нет и достоверной ста­тистики. В США вирусом усталости поражено около двух миллионов чело­век, и болезнь эта чем-то сродни СПИ­Ду. Заболевших так и лечат антиспидовыми лекарствами, поскольку при этих страшных болезнях поражается иммунная система. Целебный воздух, создаваемый люстрой, восполняет расход энергии, даже если человек недосыпает и работает до седьмого пота.

Конечно же, создавались и созда­ются ионизаторы самых различных модификаций. Поскольку ионы бывают разных энергий — больших и малых, то одни способны доходить до гортани, а другие — непосредственно до легких. Аэроионы, вырабатываемые люстрой Чижевского, доходят именно до лег­ких. Это ее первое преимущество. Но есть еще один фактор. Если в горах и лесах отрицательных ионов много и воздух достаточно чистый, то в город­ском воздухе много грязи, различных примесей. Поэтому большинство аэроионизаторов не очень эффек­тивны в городских условиях, они лишь ионизируют грязь, которой мы дышим. Люстра Чижевского не только ионизи­рует воздух, но и очищает его.

К тому же, ионизирующаяся область действия других ионизаторов слишком мала. А человек — это мощ­ный генератор положительных ионов и, вдыхая отрицательные ионы, он выдыхает положительные, которых гораздо больше. Такому «факелу» положительных ионов невозможно противопоставить маленькую «спичеч­ку» отрицательных, генерируемых сла­быми ионизаторами. Этот «факел» нуждается в более мощном подавле­нии, с чем успешно справляется люстра Чижевского, имея большой конус, а значит и большой радиус воз­действия.

В обычной квартире Марии Семе­новны Мачабели висят сразу две люстры — ив кабинете, и в спальне. Одна помогает лучше думать, другая — лучше спать и восстанавливать силы. М. С. Мачабели утверждает, что стала гораздо лучше себя чувствовать, практически не бывает даже самых обычных простуд. Особенно полезны люстры детям: они не только начинают лучше учиться, но и перестают болеть.

Еще удивительный факт: отрица­тельно заряженные ионы влияют даже на процессы обработки металлов. Взяв за основу идеи Чижевского, Тихонов с коллегами сконструировал малогаба­ритный высоковольтный ионизатор для станков с числовым программным управлением. Процесс резания метал­лов стал гораздо эффективнее, улуч­шилось качество обрабатываемой поверхности.

Вот и выходит, что отрицательно заряженные ионы полезны не только людям, животным, растениям, но даже металлам. А людям — не только боль­ным, но и здоровым. Тихонов и его кол­леги мечтают о том времени, когда люди не будут повально болеть грип­пом и другими недугами, родильные дома и больницы будут иметь живи­тельный кислород в любом необходи­мом количестве, а люстры здоровья будут висеть повсюду, в каждом доме. А также в офисе, банке, магазине. И будут работать под ними люди, не зная усталости и болезней.

Татьяна Абрамова