Опубликовано в разделе Здоровье, 13.03.2011, 4020 просмотров

Ложь во спасение?

Диагноз «рак» внушает любому человеку чувство страха. Услышав это слово, шоковое состояние испытывает как сам больеой, так и его близкие. Тягостное состояние может за­тянуться, и, к сожале­нию, не всегда человек приходит к убеждению, что за жизнь можно и нужно бороться.

Такая тяжелая и вполне объяснимая ре­акция как будто одно­значно подтверждает те­зис, которого еще не­давно безоговорочно придерживалась наша медицина: онкологиче­ский больной не должен знать своего диагноза. Но есть одно серьезное возражение: исход борь­бы с этой тяжелой бо­лезнью зависит не только от врача, но и от самого больного. Для успеха совместных действий важно, чтобы больной обладал соответствующими знаниями. А это невозможно, если ему не известен.

Видимо, в этой ситуации нет един­ственно верного решения. Один из выходов — так рассказать больному о его состоянии, чтобы он поверил в успех лечения и стал союзником врача.

К сожалению, это получается не всегда. В Америке, где принято гово­рить пациенту правду, какой бы горь­кой они ни была, накоплен опреде­ленный опыт в этой области — увы, не всегда положительный. Известный американский публицист Норман Казинс, сам перенесший тяжелое забо­левание, в книге «Разум прежде все­го» приводит несколько примеров, как воздействует на пациента сооб­щение о том, что он болен раком.

Одна женщина обратилась к вра­чу по поводу мучившего ее кашля. На основании полного обследования, включавшего компьютерную томогра­фию, врач поставил диагноз «рак легких» и сообщил об этом своей па­циентке, добавив, что жить ей оста­лось два месяца. Последствия были катастрофическими. Женщина, кото­рая до этого, несмотря на болезнь, чувствовала себя полноценным че­ловеком, буквально на глазах пре­вратилась в развалину. Она впала в глубокую депрессию, перестала есть и за неделю похудела на восемь ки­лограммов. Родным с трудом уда­лось уговорить ее проконсультиро­ваться у другого врача. Тот расска­зал ей, что в медицинской литерату­ре регулярно публикуются сообще­ния о выживании и даже полном вы­здоровлении больных раком, считав­шихся обреченными. Он постарался поддержать и укрепить ее веру в жизнь, мобилизовал на борьбу с болезнью все ее физические и духовной силы. Врач также познакомил ее с другими своими пациентами, су­мевшими мроодолеть эту тяжелую болезнь.

Все это так подействовало на па­циентку, что она поверила в свои си­лы и в успех лечения. Она преодо­лела депрессию, аппетит восстано­вился. Лечение оказалось успешным. С тех пор прошло уже несколько лет, она справляется со своей болезнью и благодарит судьбу, пославшую ей замечательного врача. А вот другой случай, о котором рассказал Казинс. Семнадцатилетне­му юноше была сделана операция по поводу рака. На следующий день в присутствии больного хирург сооб­щил его отцу, что жить юноше оста­лось всего несколько дней. Несчаст­ного отца, который сам был врачом, потрясло не только трагическое из­вестие, но и бездушная прямолиней­ность хирурга. Выйдя из палаты, отец высказал ему свое возмущение и ус­лышал в ответ, что врач должен быть честным перед пациентом.

«Я вернулся в палату, — расска­зывает отец, — и сказал сыну, что отчаиваться нельзя, что его врач просто не знает статистики, а на са­мом деле случаев выздоровления после таких операций очень много. Мы вместе должны доказать врачу, что он ошибается, говорил я. На мо­их глазах произошло чудесное пре­ображение: в потухшем взгляде сына засветилась надежда. К нему воз­вращалось желание жить, бороться за свою жизнь. С тех пор прошло че­тыре года. У сына наступила стойкая ремиссия, и он живет полноценной жизнью».

Утаив горькую правду статистики, отец сохранил жизнь своему сыну вопреки бездушной честности врача. Ложь во спасение — вполне оправ­данная позиция в таких случаях.

Но не всякая ложь — во спасе­ние. В Америке врач не приступает к лечению онкологического больного, пока не получит его разрешения на это. В мировой практике существует несколько способов лечения рака, в том числе хирургический, химиоте­рапия и облучение. Каждый из них — серьезное вторжение в организм, по­этому американские врачи считают, что принять решение о лечении мо­жет только сам больной. Но без зна­ния диагноза это сделать невозмож­но. Значит, обязанность врача — рассказать своему пациенту о его бо­лезни и объяснить преимущества и недостатки того или иного способа лечения. Кстати, практика показыва­ет, что скрыть диагноз от онкологиче­ских больных бывает трудно, в конце концов они либо узнают, либо дога­дываются о своем тяжелом заболе­вании.

Мудрый врач говорит больному о вызове, брошенном болезнью им обоим — ему и его пациенту. О том, что они должны принять этот вызов и стать партнерами в борьбе с болез­нью. Это — исходная позиция врача, а тактика может быть разной, в зави­симости от ситуации.

А каково мнение наших врачей по этому поводу? Директор Российского онкологического центра Н.Н. Трапез­ников считает, что больного необхо­димо информировать о диагнозе и предстоящем лечении. Многие дру­гие специалисты придерживаются противоположного мнения. Родные и близкие больного обычно тоже не хо­тят, чтобы он знал правду, предпочи­тают взять все заботы о нем и ответственность за его судьбу на себя. Так что общественное мнение скорее про­тив того, чтобы больной знал правду.

Известный российский онколог ака­демик Л.А. Дурнов в статье «Правда о диагнозе», опубликованной в июле 1999 года в журнале «Врач», расска­зал о своих колебаниях по этому по­воду и о выводе, к которому он при­шел. «Долгое время, — пишет Дур­нов, — я считал, что ни в коем слу­чае нельзя говорить больному прав­ду, если у него рак. Прошли годы, у меня было много встреч с больными, их родственниками, с врачами как в нашей стране, так и за рубежом, и мое убеждение было поколеблено. Сейчас я твердо убежден, что в большинстве случаев больным сле­дует говорить правду. В большинст­ве, но не во всех. Есть больные, от которых надо скрывать диагноз. А не­которым приходится говорить об их болезни с особой осторожностью. Врач должен тонко улавливать осо­бенности психики пациента. В этом и состоит искусство врача. Он должен сделать все, чтобы приобрести в ли­це своего пациента помощника в трудной и длительной борьбе со зло­качественной опухолью. Но чтобы это действительно получалось, необ­ходимо изменить общественное мне­ние о возможностях онкологии, боль­ше рассказывать о ее достижениях. А они действительно есть. Только в на­шей стране более миллиона людей сумели справиться с этим заболева­нием. Они трудятся и живут полно­ценной жизнью. Их могло быть еще больше, если бы мы чаще говорили больному правду».

Борис Бочаров